17 октября 1999 года оппозиция вывела на улицы Минска более 30 тысяч человек. «Марш Свободы» стал одним из самых кровавых митингов десятилетия и завершил эпоху уличного противостояния между властью и оппозицией, характерную для 1990-х.
91DE3C50-10D7-438E-A14E-E5499EECA781_mw1024_s_n

 «Перезагрузка» оппозиции

Истоки «Марша Свободы» – в политической ситуации предшествующих лет. В 1996 году в Беларуси прошел референдум, после которого часть депутатов Верховного Совета ХІІІ созыва вошла в состав нового парламента – Палаты Представителей Национального Собрания. Запад не признал итоги референдума и новый парламент. В свою очередь, власть отказалась признавать депутатов, которые остались верны Верховному Совету. Началась борьба за легитимность двух парламентов.

В 1999 году исполнилось пять лет избранию Александра Лукашенко на пост президента Беларуси. Но власть приняла за точку отсчета срока 1996 год, когда была принята новая редакция Конституции. «Альтернативные выборы», которые попытался провести Виктор Гончар, закончились разочарованием в оппозиции и расколом БНФ. Были дискредитированы сами идеи виртуальной борьбы – в том числе альтернативные выборы президента, работа парламента, в котором уже не хватало кворума, и «теневого правительства». Как пишет исследователь Татьяна Чижова, последствием этих событий стало изменение облика объединенной оппозиции. На первый план вышли оппозиционные политики нового поколения, генерация 30–40-летних: Алесь Беляцкий (правозащитный центр «Весна-96»), Дмитрий Бондаренко (Хартия-97), Винцук Вечёрко (Белорусский народный фронт), Павел Данейко (депутат Верховного Совета), Виктор Ивашкевич (вице-президент Белорусского конгресса демократических профсоюзов), Анатолий Лебедько (Объединенная гражданская партия) и Николай Статкевич (Белорусская социал-демократическая партия (Народная Грамада)).

«Семерка» договорилась о совместном проведении и координации уличных мероприятий. Первой пробой сил должна была стать акция нового формата – «Марш Свободы», о проведении которого было объявлено за полтора месяца. Организаторы поставили перед собой задачу вывести на улицы Минска сто тысяч человек. Как утверждал на страницах «Народной воли» Анатолий Лебедько, «Марш Свободы» задумывался как самая массовая демократическая акция 1999 года: «Одна из задач марша – это голос в поддержку переговорного процесса (между властью и оппозицией. – 90s.by). Именно переговорного, потому что до сегодняшнего дня идет лишь его имитация». Алесь Беляцкий был еще более категоричен: «Ощущение – режим зашатался. И надо приложить усилие, чтобы осень стала горячей».

В Минске и других городах Беларуси проводилась активная пиар-кампания: горожанам раздавались значки, наклейки с символикой «Марша», листовки с заявлениями от имени новой генерации политиков. По словам правозащитника Валерия Щукина, в планах организаторов был сбор на площади Якуба Коласа и шествие по проспекту Франциска Скорины до площади Независимости.

^0AC9296C698FDD267458DB18EE4

Все эти события происходили на фоне активной интеграции между Беларусью и Россией. Популярность Бориса Ельцина в то время была очень низкой. Поэтому, как писала газета «Наша Ніва», «всесильный олигарх Борис Березовский на какое-то время загорелся идеей сохранить статус-кво, восстановив СССР. Хотя бы в виде мини-союза Беларуси и России».
Якобы в Минске «прельстительные оферты из Москвы всерьез обсуждались на неформальном лукашенковском политбюро. И оно склонялось к походу на Москву». Как писал журналист Александр Старикевич, «накануне Александр Лукашенко убеждал прибывшего в Минск главу кремлевской администрации Александра Волошина, что проводить референдум относительно планируемого объединения нет необходимости. Еще раньше Лукашенко заявил, что белорусский народ практически единогласно поддерживает создание союзного государства, за исключением «нескольких сотен нацменов». Белорусской оппозиции оставалось доказать обратное.

marsh_8_091028

Курс – на Бангалор?

Власти запретили движение по маршруту, который предложила оппозиция. Колонну традиционно направили в отдаленный парк Дружбы народов на площади Бангалор. Около полудня активисты начали собираться у площади Якуба Коласа. Там же случились первые задержания. Кто-то из оппозиции привел на шествие черного козла – на рогах у животного была подвешена табличка с именем президента. Впрочем, ОМОН быстро арестовал животное и посадил его в милицейскую машину. Как сообщала газета «Навіны», на следующий день козла было решено зарезать.

марш свабоды 3В 13:15 колонна, которая насчитывала не менее 15 тысяч человек, двинулась к площади Бангалор. У Академии наук число участников увеличилось до 20 тысяч. По подсчетам СМИ, до самой площади дошло более 30 тысяч человек. Они несли через весь город два огромных флага: бело-красно-белый и синий с золотыми звездами.

Как оппозиции удалось собрать такую внушительную аудиторию – более 30 тысяч человек? Ответ на этот вопрос можно найти в репортаже Александра Старикевича. Журналист выделил среди митингующих две категории людей. Первые «в весьма озлобленной форме комментировали роль России как в белорусской истории, так и к современности. Для них уже сформировался ярко выраженный образ врага, с которым они готовы бороться».

Вторая категория митингующих была «в принципе за добрососедские отношения с Россией и не против укрепления связей между странами». Но ее представители категорически возражали «против создания союзного государства, полагая, что в этом случае Беларусь утратит суверенитет». Эти люди никогда не являлись завсегдатаями митингов. Но реальная угроза независимости вывела их на улицу.

Митинг и шествие

Митинг на Бангалор был недолгим. На нем выступили всего несколько ораторов.

Алесь Драбчук, репортаж в газете «Народная воля» (19 октября 1999 года): «Анатоль Лябедзька казаў пра тое, што толькі што вярнуўся з Амерыкі і з Берліна і прывёз прывітанне дэмакратам Беларусі ад парламентарыяў сарака трох краін. І ў Амерыцы, і ў Еўропе падтрымліваюць дэмакратычныя сілы Беларусі. <…> Намеснік кіраўніка Беларускага народнага фронта Вінцук Вячорка спыніўся на спробах рэжыму ўцягнуць Беларусь у Расійскую імперыю. Ён паказаў праект дамовы аб Саюзе Беларусі і Расіі і пачаў: “Прапаную ў рамках усенароднага абмеркавання…” І тут пачуліся шматлікія галасы: “Спаліць! Спаліць!” Праект дамовы быў тут жа спалены.
Старшыня Беларускай сацыял-дэмакратычнай партыі (Народная Грамада) Мікалай Статкевіч адзначыў, што беларусы пазбаўлены магчымасці добра зарабляць, маюць малыя пенсіі. Яны ўжо не хочуць быць быдлам і “отребьем”. Затым удзельнікі мітынгу адзінагалосна прынялі рэзалюцыю <…> У ёй абвешчаны патрабаванні да ўладаў: спыніць уцягванне краіны ў Расійскую імперыю, вызваліць палітычных вязняў, дапусціць апазіцыю да сродкаў масавай інфармацыі. Толькі гэта адкрые дарогу да перамоваў апазіцыі з прадстаўнікамі ўлады. Калі патрабаванні не будуць выкананы, адбудуцца новыя акцыі. Было сказана, што наступная плануецца на 31 кастрычніка. На гэтым, як было заяўлена, скончыўся першы этап акцыі і пачынаецца другі: удзельнікі мітынгу збіраюцца занесці бел-чырвона-белы сцяг на плошчу Незалежнасці».

В половине третьего колонна демонстрантов снова двинулась в центр города – позднее власть делала акцент на этом решении, утверждая, что шествие было незаконным. Впрочем, есть мнение, что оппозиционеры чересчур поспешили: многие минчане опоздали на митинг из-за проблем с транспортом, а когда приехали на Бангалор, площадь уже была пуста. «Если бы организаторы акции не проявили такой непоседливости, число участников ее возросло бы как минимум на треть», – писал в газете «Народная воля» журналист Сергей Навоев.

Тем временем колонна двинулась к центру – сначала по улице Богдановича, затем по Варвашени. Далее демонстранты повернули к площади Победы. Как утверждала газета «Навіны», «в рядах демонстрантов даже родилась шутка на эту тему: на площади Независимости – под памятником Ленину – зарыто кольцо с иглой, сломав которое можно сменить власть в стране». Но проспект был перекрыт небольшой цепью омоновцев. Двое демонстрантов попытались направить колонну на них. Но организаторам удалось развернуть митингующих: те двинулись в обход главной магистрали города – по улицам Козлова и Змитрока Бядули.

На площади Змитрока Бядули произошла провокация: кто-то бросил петарду в дверь 34-го почтового отделения. Здание почты загорелось. Мужчины из колонны потушили его, хотя сами получили ожоги.

На углу улиц Фрунзе и Первомайской дорогу шествию перегородил кордон омоновцев, которых, правда, было всего пару десятков. Но противостояния не случилось: Николай Статкевич остановил молодых оппозиционеров, которые хотели «разобраться с оппонентами». А Валерий Щукин закрыл одного милиционера своим телом, спасая от ударов. Поэтому пострадал лишь один омоновец, которому в короткой стычке разбили голову, – демонстранты, правда, сразу оказали ему помощь. Остальные стражи правопорядка не пострадали: их вытолкали с пути движения колонны, а шлемы перебросили через забор хладокомбината.

Марш Свободы10

Дальше на пути демонстрантов появились пять милицейских машин, которые почему-то оставили на склоне улицы Первомайской. «Народная воля» утверждала, что в них находились водители. За три года до этого, на «Чернобыльском шляхе-96», толпа переворачивала машины, оставленные на пути следования колонны. Теперь их никто даже не тронул.

У моста через Свислочь на Первомайской шествие ожидал тройной кордон ОМОНа.

Побоище

Николай Статкевич 15 минут вел переговоры с омоновцами. Стало понятно, что дальше демонстрантов никто не пустит – рядом находилась резиденция главы государства. Поэтому в конце концов Статкевич призвал демонстрантов вернуться на площадь Якуба Коласа и стал уводить их от кордона. Но, когда участники шествия повернулись к милиционерам спиной, те атаковали сзади.

Как писала «Народная воля», «трижды организаторы пытались отвести демонстрантов, и каждый раз омоновцы не давали это сделать, нападая на отходящих демонстрантов». Отдельные из них были схвачены омоновцами – участники демонстрации бросились их освобождать. Рядом с мостом велось благоустройство набережной: случайно или нет, на земле лежали куски асфальта и плитка, которые вместе с камнями стали орудием для противоборствующих сторон.

Марш Свободы9Репортаж Анны Соусь, «Народная воля»: «Сказать, что это было страшно, – значит, ничего не сказать. Камень, еще летящий камень, кусок тротуарной плитки, окровавленное лицо, синий след на лбу от милицейской дубинки, снова камень… Камнепад в сторону “рыцарей” в металлических доспехах, а потом наоборот – на “молодофронтовцев”. И сложно разобраться, кто свой, кто чужой. Кровь, мат… Стоящие недалеко от побоища женщины плачут, протягивая ребятам с окровавленными лицами платки. Кто ранен, убегает во дворы, зная, что за ним будет погоня… <…> Около двадцати минут летели камни. Отряд милиционеров периодически менял дислокацию, то обороняясь, то наступая. Они то садились, прикрываясь щитами, то шли в наступление, размахивая дубинками. Видимо, когда милицейское начальство поняло, что это может продолжаться очень долго, решили пользоваться более “современными” методами борьбы – пустили газ. (Встречается информация, что северный ветер унес дым в сторону самих омоновцев. – 90s.by). Чтобы не оказаться легкой добычей в руках рассвирепевших милиционеров, “молодые бойцы” бросились наутек».

Решающим фактором стало появление спецназа, который окончательно рассеял шествие оппозиции. Началась зачистка территории…

Итоги

После разгона митинга около 100 участников шествия обратились к медикам за помощью. Пострадали также 56 милиционеров.

После митинга было арестовано более 200 человек, в том числе депутат Госдумы России Ольга Беклемишева и депутат Бундестага Габриэле Петшау. Было возбуждено 62 административных дела и семь уголовных (на Николая Статкевича, Валерия Щукина и нескольких молодых активистов, которые позже эмигрировали в Польшу). Большинство отделалось штрафами (например, Людмила Грязнова была вынуждена заплатить 300 миллионов рублей – 830 долларов по курсу Нацбанка) и арестами на 15 суток. Статкевич объявил голодовку, которая продолжалась 11 дней. Позднее он был выпущен под подписку о невыезде. Возможно, на такое решение повлиял саммит ОБСЕ, который прошел 18-19 ноября в Стамбуле. В результате политик получил условный срок. Позже Верховный Суд отменил его, и все закончилось штрафом.

Если верить газете «Навіны», власти с опаской ждали следующих акций оппозиции. Якобы «после Марша Свободы один из руководителей Мингорисполкома сказал: В следующий раз их будет вдвое больше, и они будут с косами и вилами”». Но «Марш» стал последним всплеском политического противостояния между властью и оппозицией и таким образом закрыл эпоху бурных 1990-х в белорусской политике. В последующие годы активность оппозиции пошла на спад. «Марш Свободы-2», который состоялся в марте 2000 года, прошел по разрешенному властями маршруту до площади Бaнгалор. Следующим ярким событием в политической борьбе стали лишь события Площади 2006 года. Но и главная угроза, которая могла вывести на улицу политически индифферентных людей, миновала. «Власти теперь были вынуждены считаться с настроениями минской улицы и студенческих общежитий, – писала «Наша Ніва». – Время было затянуто, и, наконец, в Москве на поверхность вынырнул Путин. Угроза независимости Беларуси прошла». А ведь ради этого «Марш Свободы» и проводился.

Видео:
Ссылки по теме:

  1. Камни в ОМОН, перевернутые авто и аплодисменты — как менялись акции протеста за 20 лет
  2. Дело Марша Свободы-1999. Фигуранты
  3. Кровь и тайны Марша Свободы’99
  4. Марш свободы остановили внутренние войска

 

Фатаздымкі ўзятыя з сайту photo.bymedia.net

Газеты того времени

«Народная воля», №193

«Народная воля», №193

«Навіны», №112

«Навіны», №112

«СБ», №245-246

«СБ», №245-246