Киноклубы и видеосалон на Московской в 90-х представляли чуть ли не единственную возможность посмотреть качественный артхаус и классику мирового кино. Впервые шедевры Годара, Феллини, Бергмана, Фассбиндера и других мастеров смогли увидеть не только «избранные» представители творческой элиты, но и простые белорусы, далекие от мира искусства, но испытывающие настоящий культурный голод. В 1993 году была создана Белорусская федерация «Киноклуб». Это событие как бы символизировало, что «другое кино» в Минск пришло всерьез и надолго. 

фото для шапки

 

О том, как развивались киноклубы и самый известный в Беларуси видеосалон, вспоминают их основатели и сотрудники: Гера Глик (сейчас один из организаторов проекта Cіnemascope), культуролог и кинокритик Максим Жбанков и директор кинотеатра «Центральный» Елена Авдащенко. Также о своих впечатлениях от «сложного и элитарного кино» в Минске рассказывает программный директор проекта Cіnemascope – в некотором смысле преемника киноклубов – Ольга Надольская.

Феллини и Годар во Дворце культуры профсоюзов

glik Гера Глик: Еще в конце 80-х в кинотеатре «Пионер» существовал киноклуб «Профиль», которым руководили Олег Сильванович, ныне директор киностудии «Беларусьфильм», и Светлана Савчик, ныне директор кинотеатра «Победа». Сильванович тогда только окончил ВГИК, был очень «насмотренным» и рассказывал много интересного. Мы ходили туда с друзьями, обсуждали фильмы. А потом мы сами окончили институт, и я со своим однокурсником Женей Бахаром устроился на работу во Дворец культуры профсоюзов.

На месте сегодняшнего клуба Alcatraz было кафе, которое нам дали на «творческое обслуживание»: то есть мы работали на условиях аренды, получали зарплату и проценты от сбора мероприятий, которые там проводились. И так как нам надо было крутиться, а в большинстве видеосалонов в то время шли только «модные» фильмы вроде «Терминатора» или «Зубастиков», мы придумали «киносреды». Это был не очень популярный для зрителей день, но мы решили рискнуть. Один знакомый из ВГИКа привез нам всякие редкие фильмы вроде картин Антониони и Феллини, перегнанные на кассеты, и мы решили сделать свою первую программу, где Антониони перемежался с «Бегущим по лезвию бритвы». Это была очень странная программа, собранная из того, что удалось найти, – из картин, которые были интересны, прежде всего, нам самим. Мы боялись пролететь по деньгам и решили продавать абонементы – 20 лет спустя кто-то из завсегдатаев подарил мне один из сохранившихся экземпляров. Вот так мы и начали киноклуб.

zhbМаксим Жбанков: Гэта быў 1993 год. Мы тады ўпершыню ў краіне зрабілі паказы Жана-Люка Гадара. І ўсе 90-я мы цягалі гэты стужкі літаральна ў сваіх руках з Піцера, Масквы, Кіева па дамовах з амбасадамі. У той час еўрапейскія амбасады вельмі актыўна працавалі ў адукацыйным фармаце, але ў іх не было сродкаў і магчымасцяў, каб рабіць гэта самім. А мы ведалі, як гэта робіцца, і вельмі хацелі. Фактычна за 90-я мы паказалі ў краіне ўсю еўрапейскую кінакласіку, усіх асноўных персон – Фасбіндара, Гадара, Шлёндарфа, Труфо і безліч каго яшчэ.

Гэта было вельмі цікава, таму што, па-першае, гэта ўсё рабілася ў сэрцы краіны, у Палацы культуры прафсаюзаў, а па-другое, мы атрымлівалі неверагодны рэзананс. Гэта былі такія шчаслівыя часы, калі можна было паказаць амаль усё што заўгодна. І ўсё адно прыходзілі людзі, таму што была моцная культурніцкая прага новага, жаданне пашыраць свае гарызонты. Праз наш кінаклуб прайшло дзве ці тры генерацыі прагрэсіўных актывістаў, гуманітарыяў, інтэлектуалаў.

Кино, музыка, дискуссии, хорошие люди

Гера Глик: Да, наши поездки за фильмами с Максимом – это отдельная история. Мы ехали, например, в Москву и перевозили фильмы на тележках: каждый фильм – здоровая коробка килограмм по 16, а нужно-то было привезти по 5-6 картин! Поэтому, когда нам попадалась 16-миллиметровая копия, это было такое счастье – она весила всего лишь 3 килограмма!

Однажды мы поехали в Москву с одним моим коллегой за очень большой программой фильмов – чтобы ее привезти, нам пришлось выкупить целое купе. Коробки большие, проходы между купе – узкие, и мы ждали, пока выйдут все пассажиры, чтобы вынести фильмы. По закону подлости нам дали купе в самом конце вагона, и пока мы эти коробки перетаскивали, прошло достаточно много времени, поезд стал двигаться в депо. И вот он уже едет, а мы все еще коробки носим: с последней из них мой коллега уже практически выпадал из вагона на полном ходу. Хорошо, что пленка была хорошо упакована – с ней ничего не случилось. С коллегой, помнится, тоже.

Но вернемся к киноклубу. Мы сделали второй абонемент, где показывали картины, которые нам удалось выхватить из ВГИКа – так у нас сформировался свой «пиратский» фонд. Появилась своя публика. После показа мы никого не выгоняли, напротив – люди оставались на обсуждения фильмов, спорили, делились впечатлениями. Во время таких обсуждений на первых показах своей активностью выделялся молодой доцент философии Максим Жбанков, который в скором времени присоединился к нам и стал постоянным ведущим киноклуба.

Параллельно у нас в клубе проводились артистические вечера: совсем еще юный Евгений Владимиров играл джаз, выступали Василий Шугалей, «Зартипо», тогда еще никому не известный «Ляпис Трубецкой», приезжали даже музыканты из Москвы – в общем, это было уже больше, чем киноклуб: назывались мы арт-кафе «Проспект», и нам хотелось держать эту марку, собрать хорошую музыку, кино и людей в одном месте.

Белорусская федерация «Киноклуб»

Гера Глик: В начале 90-х в Минске стали активно открываться посольства различных европейских стран, им нужно было проводить какие-то культурные программы. И Светлана Савчик, которая на тот момент ушла из «Профиля» и пыталась работать самостоятельно, заказала большую программу Годара. В те времена атташе по культуре при посольстве Франции был Александр Мстиславович Толстой, внучатый племянник писателя Льва Толстого. Он помог привезти программу фильмов Годара, с которой и началось полноценное киноклубное движение: в 1993 году идея Светланы Савчик организовать Белорусскую федерацию «Киноклуб» воплотилась в жизнь. Показы проходили на базе большого зала ДК Профсоюзов: там стояла кинопроекционная аппаратура для 35-миллиметровой пленки. Иногда можно было показывать кино и в тогда еще существовавшем малом зале.

В это время в Минске стали открываться многие посольства, и Светлана Савчик с большим успехом налаживала со всеми ними связи, «пробивала» программы, которые затем «причесывал» Максим Жбанков: писал аннотации, представлял фильм публике и модерировал обсуждения. Я больше занимался техническими и организационными вопросами. Наш киноклуб работал исключительно с кинопленкой 16 и 35 миллиметров, потому что посольства других копий не предоставляли, да и техники, которая бы показывала все это на большом экране, в Минске не было. На весь город был только один видеопроектор Sanyo, который можно было взять в аренду, он кочевал с места на место и часто использовался в киноклубе Сергея Фененко, который тогда располагался в «Альтернативном театре» на улице Кропоткина. Картинка от проектора была ужасная, с огромными пикселями, но зрителям было все равно: фильмы, которые показывали киноклубы, можно было найти только в редких запасниках – пираты такое на кассетах не продавали из-за небольшого спроса. Мы же в рамках своих показов представили около 60 программ: лучшее, что можно было найти в британском, французском, немецком кино…

«Мы працавалі як адукацыйная ўстанова»

Максим Жбанков: Вельмі істотнай у той час апынулася роля культурніцкага прамоўтара, мадэратэра, які мог бы штосьці патлумачыць, падкрэсліць пэўныя істотныя моманты карціны. Мы былі фактычна эксклюзіўнымі кінапракатчыкамі. Былі спробы прыватных кінапракатаў, яны выглядалі даволі сціпла – не было адзінай сістэмы. А мы працавалі як адукацыйная ўстанова, у нас штомесяц былі новыя паказы еўрапейскага кіно. Заўсёды былі аншлагі – людзі насамрэч выносілі вокны і дзверы, каб патрапіць на тую ці іншую стужку! Неверагодная зацікаўленасць была, магчыма, таму, што ў той час мы арыентаваліся на асабістую камунікацыю з нашай публікай. Ніякіх мабілак ці сеткавых рассылак не было, і зараз гэта вельмі цяжка ўявіць, але тады да нас прыходзіла 750 гледачоў, мы іх прасілі пакідаць свае каардынаты, тэлефоны, напярэдадні праграмы садзілся ўвечары на тэлефончык, і я асабіста тэлефанаваў па гэтым спісе. Людзі былі ў шоку:

– Гэта сапраўды вы?

– Так, гэта я. Прыходзьце на праграму.

– Ой, тады прыйдзем абавязкова.

Працавалі вось такія асабістыя кантакты, што выклікала вельмі моцны давер. Таксама мы не настойвалі на ўласных думках, у нас не было мэты праграмавання сваіх мысляў, мы проста хацелі падзяліцца тым, што самі вельмі любілі, і тым, што нам падавалася істотным.

Адзінымі канфліктамі былі тыя, калі чалавеку не хапіла квітка. То бок канфлікты паставалі з таго, што месца не хапала. Але ніхто не прыходзіў і не казаў: а што гэта ў вас такое? Хутчэй наадварот, была нейкая вельмі актыўная супольная згода з тым, што робіцца, і жаданне да яе далучыцца. На кожнай акцыі было па 750 асобаў, то бок адсоткаў 30–40 з іх былі стабільныя гледачы.

Мне распавядалі шыкоўную гісторыю: так як мы знаходзіліся недалёка ад філфака, то філфакаўскія дзяўчынкі запрашалі сваіх патэнцыйных хлапцоў на нашы праграмы, каб высвятліць, ці варта з імі мець справу. На паказах яны тэставалі іх інтэлектуальны ўзровень!

Прыходзілі, дарэчы, і дзядзькі са спецслужбаў, але так вельмі далікатна. Іх проста цікавілі нашы кантакты з амбасадамі. Я дагэтуль сустракаю неверагодных асобаў на вуліцах. Стаю на прыпынку, падыходзіць нейкі дзядзька на падпітку дзесьці гадоў 50:

– А гэта вы фільмы паказвалі?

– Я.

– А чаму зараз няма? Мы б прыйшлі.

І пайшоў далей, хістаючыся. Вось такі рэзананс.

«Теперь нет такого киноголода, как тогда»

Гера Глик: Мы меряли зрителей поколениями – каждые 4-5 лет поколение менялось, и процентов на восемьдесят зрители были уже новые. Киноклуб тоже менялся: после того, как ДК Профсоюзов закрыли на ремонт, мы сперва перебрались в ДК Ветеранов, потом в кинотеатр «Пионер», снова в ДК Ветеранов и, наконец, в «Победу».

За время существования киноклуба появились новые технологии, фильмы начали качать из интернета. Когда мы показывали ретроспективу Дерека Джармена, во Дворце профсоюзов выбивали двери, потому что невозможно было попасть на сеанс: мы первые на территории постсоветского пространства показали его полную ретроспективу. А теперь нет такого киноголода, как тогда. К тому же со временем классический кинофонд посольств был исчерпан, а сами они сократили финансирование культурных программ, и новые ленты поступали все реже.

Максим Жбанков: Мы працавалі вельмі актыўна гадоў 12, дзесьці з 1993 па 2003-2004 гады. Святкавалі дзесяцігоддзе ў «Перамозе» нямецкай праграмай, якую мы зрабілі першымі ў краіне: нямыя фільмы з жывым гукам ад беларускіх музыкаў, у тым ліку Drum Ecstasy, Лаўра Бержаніна, Глеба Галушкі. Можна было б і далей працаваць, проста ўжо не было асаблівага сэнсу: з аднаго боку, у нас было шмат іншай працы, з другога, пачалі сціскацца культурныя межы і разгарнулася інфармацыйна-сеткавая прастора. Але вельмі шмат рэчаў менавіта кінаклубы зрабілі ўпершыню…

 

Видеосалон на Московской

Киноклубы были не единственным местом, где можно было посмотреть качественное кино. Знаменитый видеосалон на улице Московской, 16 стал не только настоящей кинобиблиотекой с подробным каталогом почти всех фильмов, которые попадали в нашу страну, но и пристанищем тех, кто жаждал посмотреть классику и артхаус, которые едва ли можно было отыскать где-то еще. Подробнее о деятельности этого культового места рассказывают Елена Авдащенко и Ольга Надольская.

Кинобиблиотека

avdЕлена Авдащенко: В конце 80-х в Минске стали активно создаваться видеозалы – небольшие помещения, где с помощью новой видеотехники можно было посмотреть кино, которое в кинотеатрах, как правило, не показывалось. Очень скоро такие маленькие дополнительные очаги культуры появились почти в каждом районе. Обычно они находились в арендованных помещениях, ЖЭСах или, как в кинотеатре «Мир», на втором этаже на месте нынешнего бара. Всего было где-то около 10 таких залов по Минску – «Север», «Янтарный», «Галактика» и другие. Со временем встал вопрос, где хранить все то, что там показывалось. Так появилась идея создания видеосалона, где можно было бы держать весь этот фильмофонд. Одновременно создавались всевозможные каталоги и видеосалон превращался в своеобразную кинобиблиотеку, куда люди приходили, чтобы смотреть фильмы так, как читатели приходят в обычную библиотеку за книгами. В самом салоне были оборудованы два небольших зала и две кабины, в которых можно было посмотреть фильмы по выбору.

Поначалу поставки из Москвы были очень хорошие – там производилось много разного видео не только для развлекательных, но и для культурно-образовательных целей, поэтому было много классики мирового игрового и документального кинематографа. В то время кинотеатры показывали развлекательные картины, а мы предлагали людям нечто особенное. Со временем становилось, правда, все сложнее приобретать новые кассеты, а потом и вовсе оказалось невозможно работать в нашем юридическом поле, ведь тогда было просто нереально приобрести права на публичный показ этих фильмов. Даже сейчас, когда мы пытаемся приобретать какие-то специальные программы для показа в кинотеатрах, это всегда сопряжено с большими проблемами: часто мы не можем отбить деньги за покупку программы, так как у нас не такая большая аудитория желающих посмотреть, например, документальные ленты, выдвигавшиеся на премию «Оскар». И когда в те годы «Киновидеопрокат» столкнулся с проблемой авторских прав, стало понятно, что будущего у видеозалов нет, и, соответственно, у видеосалона тоже, хотя он закрылся самым последним, где-то в 2005-2006 годах, – ведь в нем был собран весь фонд. Фонд тоже со временем устаревал и морально (на фильмы истекали права), и физически (видеокассеты начали «сыпаться»). Мы перевезли их в хранилище УП «Киновидеопрокат», где они списывались по мере старения.

nad Ольга Надольская: В первый раз о видеосалоне я узнала в середине 90-х, когда еще училась в школе. В то время торрентов не было и в помине, зато в видеосалоне можно было откопать совершенно невероятные вещи вроде поздних фильмов Жана-Люка Годара или короткометражек Яна Шванкмайера. Позже, во время учебы на журфаке, который располагался в то время как раз напротив видеосалона, киноклуб в «Победе» уже доживал свои последние дни, показы там проходили редко, и видеосалон был едва ли не единственным местом в Минске, где можно было посмотреть интересное кино.

Посетители видеосалона: киногурманы, студенты, любители индийского кино…

Елена Авдащенко: В видеосалоне упор был сделан на «культурную» часть населения, на киногурманов и тех, кто изучал киноискусство. Они приходили смотреть фильмы культовых режиссеров, классику, которую в этот период уже нигде не выпускали. Еще захаживали студенты, изучавшие мировую литературу. Мы всегда знали, когда им задавали, например, «Войну и мир» или «Анну Каренину» по тому, как были расписаны на целые дни вперед наши маленькие зальчики. Копий у нас, разумеется, не хватало, и мы делали новые, чтобы хватило всем, понимая, что срок у ребят ограниченный и им нужно как можно быстрее все это посмотреть. Были и те, кто смотрел «Анну Каренину» в разных вариантах – им хотелось сравнить американскую и советскую версии фильма. Была и еще одна категория зрителей – такая маленькая целевая аудитория, например, любителей русского или индийского кино, которые могли пересматривать фильмы из любимого региона по 20 раз. Отечественные фильмы в салоне часто заказывали те, кто выехал за границу, но вот вернулся погостить, и его одолела ностальгия. Такие зрители заказывали кабинки и смотрели «Тот самый Мюнхгаузен» или «Белые росы».

Ольга Надольская: Многие студенты журфака именно там прогуливали лекции, и некоторые преподаватели закрывали глаза на такие наши прогулы. Например, Людмила Петровна Саенкова давала нам список фильмов, которые мы должны посмотреть к экзамену по истории искусств. Мы шли в видеосалон смотреть «Андрея Рублева» и «Историю Аси Клячиной» и параллельно открывали для себя Кена Рассела и Валериана Боровчика. Там было несколько маленьких кабинок с телевизором на 2-3 человека и одна большая, она пользовалась особой популярностью, туда набивалось человек 15, и у нас получался уже свой маленький «киноклуб». В кабинках стоял тяжелый аромат табака и перегара и царила общая атмосфера вседозволенности: сотрудники видеосалона были предельно корректны и во время сеанса никогда не беспокоили посетителей, что бы ни происходило внутри.

«Вам тут работники не нужны? Мы так хотим здесь работать!»

Елена Авдащенко: Первое время, чтобы насытить видеофонд, мы заказывали практически все, что выпускалось в Москве, и показывали фильмы не только у себя, но и сдавали в прокат. Со временем пришлось сделать отдельный фонд оригиналов, потому что возвращались кассеты в отвратительном состоянии.

У нас был свой методист, который занимался написанием оригинальных аннотаций: мы редко использовали те, что нам присылали вместе с фильмом, – хотелось, чтобы в них было что-то личное, свое видение, что ли. Постоянно шла работа по формированию различных каталогов. Если кто-то приходил и спрашивал: «Что у вас есть из индийского кино?», «А какие есть фильмы о первой мировой? А о второй? А о писателях?», мы тут же начинали вспоминать, а затем и вносить все это в каталоги, поэтому это был бесконечный труд. Были каталоги по режиссерам, актерам, по странам и по темам, вплоть до весьма оригинальных. Например, к нам частенько захаживали с телевидения и говорили: «Нам нужны кадры, где показывают много фруктов». И мы снова начинали вспоминать, в какой картине перевернулся грузовик с арбузами, а где была хорошая панорама рынка.

Ольга Надольская: Работники видеосалона на самом деле были очень грамотными и «насмотренными»: можно было прийти и попросить, чтобы они посоветовали что-нибудь в духе Антониони или Кубрика, и они с ходу начинали перечислять фильмы. Кроме того, они были очень подкованными технически – именно там мне впервые объяснили разницу между видеостандартами PAL и SECAM.

Елена Авдащенко: Это была интересная работа: каждый день сталкиваешься с разными фильмами и людьми. Наши постоянные клиенты часто спрашивали: «Вам тут работники не нужны? Мы так хотим здесь работать!»

Уставы киноклубов

Киноклубы СССР

Киноклубы СССР

Устав белорусской федерации «Киноклуб»

Устав белорусской федерации «Киноклуб»

 

ссылки по теме

1. Киноклуб: срочно требуется реанимация!

2. Кинотеатр «Ракета» открывается после ремонта 

 

 

 

Фото: из архивов героев.